Право сказать, в такие моменты чувствую себя невероятно уютно. Тем более, что дома оставил включённый телевизор с акунинским «Азазелем». Там Михалков играет себя самого и Табаков на себя не похож. Пусть себе играют в пустую комнату — я смотрю летящий мне в лицо снег. Это тоже не слабое кино!

Извёл наверное, литра полтора керосина, а гнилушки вперемежку с прелой листвой гореть не хотели. Бросить так? Ну уж нет! А как же торжество сил добра над разумом? Не пойдёт!

Взял старый пылесос »Ракета« (на таких ещё ведьмы в старых детских советских фильмах летали) и направил струю в едва дымящуюся кучу. Эффект превзошёл все ожидания! Полыхнуло так, будто не воздух, а кислород туда закачивал. Две тележки отборнейшего гнилья прогорели за какие-то полтора часа. Потом нашёл в кучке золы несколько металлических шариков: гвозди расплавились и растеклись в почти сферические лепёшки.

Так вот древние люди и плавили железную руду: ставили пылесос и ковали, пока горячо…

Достать фотоаппарат я не решился: в городках глубокого подмосковья движение автомобильное… не то, чтоб очень интенсивное — плохо предсказуемое. Бросать руль, опять же, некрасиво как-то. Так и проводил взглядом странную машинку.

Да и что мне в суетной фотке, если такую простую картинку можно в нескольких словах обрисовать? Лучше, послушайте почтеннейшие граждане Публика, что я Вам скажу:

Закат такой всегда к морозу. Да. А звуки гудков железнодорожных настолько объёмны если слушать их в отдалении, что напоминают собой звучание огромного органа, наполняющий своими звуками поля окрестные, словно большой концертный зал.